Тибидохс. Время, назад!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тибидохс. Время, назад! » Будни Тибидохса » 8 июня э.г. Поговорим, как мужик с мужиком?


8 июня э.г. Поговорим, как мужик с мужиком?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

заморожен
Вид отыгрыша: индивидуальный, закрытый;
Время: полдень, скажем.
Действующие лица: Глеб Бейбарсов, Ванька Валялкин, огурцы, котлеты, Гроттер.
Предисловие:
Столкнулись как-то Ванька с Глебом, кто бы мог подумать, из-за котлет с огурцами Гроттер. Слово за слово, прозвучала фраза - а давай без магии, по-мужски. За словом - дело, и дело-то нешуточное

+1

2

Сидеть на месте было не в привычках Бей-Барса. Он сходил с ума от ожидания и ничегонеделания. Внутри все кипело. Слишком много для некромага. Сколько лет они жили в отдалении от всех, сколько лет в его жизни были только Жан, Иелен и старуха. Сейчас все иначе. Задача казалась ему простой до невозможности, но препятствия, которые возникали на их пути, выводили из себя и заставляли некромага томиться в ожидании. Сколько можно?! Глеб хлопнул дверью, выходя из комнаты. Не то, чтобы стены давили на него, в конце концов, ночи проведенные в узком гробу или земляной норе давали бесценный опыт, но все-таки серые стены замка вызывали не самые приятные воспоминания о последних месяцах. Их было трое и им было проще. В одиночку там можно было сойти с ума. Он видел это. Точнее сказать не видел – ничего кроме стен собственной камеры и Стража, приносящего им еду, они не видели – но они слышали такое, от чего даже у некромагов пробегал холодок по стене. Да… те месяцы были особенно тяжелы – быть так близко у собственной цели и не иметь возможности ничего сделать! Обладать ключом от главной двери - и биться в кладовке. Они не сошли с ума, хотя старательно изображали отупление. У них была надежда, которая постепенно превратилась в цель. 
Он двинулся вперед без особого направления. Иелен ищет ответы в книгах, Жан… с Жан в последнее время все сложно. Он не чувствовал больше того, что было раньше. Точнее не так. Он всегда был увлекающейся натурой и сейчас он был увлечен другим. Их целью и… Таней. Сложнее всего было признаться в этом самому себе. Но рыжеволосая девушка никак не шла у него из головы. Ради нее он впервые в своей жизни сделал то, что отродясь не приходило ему в голову – помог кому-то. Поступок в не меньшей степени неожиданный для самого Бей-Барса. В его стройной жизненной системе внезапно появилась трещина, которая с каждым днем только росла и увеличивалась.
Неудача последнего предприятия вызывала ярость. Ровную, непрекращающуюся ярость. Она требовала выхода, рвалась наружу. Это какой-то вид пытки – обладать самой мощной из всех сил и не иметь возможности ее использовать! Это жгло его изнутри. Ярость требовала выхода, но Иелен строго-настрого запретила им с Жан что-либо делать. Сейчас как никогда нельзя было привлекать внимания – они были так близко к цели и практически нашли недостающий фрагмент головоломки. А школа и так слишком взбудоражена происшествием с этой девчонкой. Необходимость ждать помимо всего прочего сеяла в душе Глеба некие сомнения. Все сильнее на чаше весов становилась Таня. Это был ее мир – чуждый, непривычный ему, но тот, которым жила она. Он собирался его разрушить. Не самое хорошее начало отношений. А Таня была крепким орешком, что только подогревало его интерес.
Возможно, пока их главное мероприятие без движения, стоит заняться не менее приятными делами?
Глеб свернул к Общей гостиной. Он еще не совсем хорошо ориентировался в замке, но основные дороги выучил. Как и основные местообитания Тани. Бей-Барс просто не умел делать что-то наполовину. К тому же неделя проведенная здесь – вагон времени, если хочется что-то действительно узнать. А он хотел. О, как он хотел!
Впереди мелькнула желтая майка. Глеб прибавил шагу. Кажется, это тот самый тип, который вечно ошивается возле Тани. И если на этот раз он не с ней, то как минимум может знать, где она.
Эй, ты! – окликнул он Валялкина. – Стой! – в голосе некромага сквозили плохо скрываемые повелительные нотки. Маечник с первого взгляда не понравился ему, да и к тому же от него не было никакой пользы – он был светлым настолько, что от него смердило хорошестью за километр. Глеб от таких людишек воротило. Но что поделаешь, иногда приходится идти на жертвы и общаться с ними. Чего не сделаешь для достижения желаемого. Хотя с не меньшим удовольствием он бы притормозил жизненные процессы обладателя затертой майки.

+1

3

День выдался настолько жарким прямо с утра, что ничто не могло заставить Валялкина оставаться в постели. Подскочив, он привел себя в порядок, оделся и задумался. До завтра еще было время, но на что его потратить? Таня наверняка еще спит. Тренировки и приключения здорово выматывают. Даже такую сильную девушку, как она... Ответ на вопрос нашелся довольно быстро - Татарах. Питекантроп никогда не славился любовью понежиться на медвежьей шкуре, предпочитая потратить время на помощь животным. Помнится, Ванька сперва удивлялся, как такой неповоротливый преподаватель может так заботливо и нежно обращаться с различными существами. Но потом увидел, понял. Заинтересовался. И теперь каждый день старается помочь какой-нибудь зверушке...
На завтра Ванька опоздал - животинка попалась упрямая, сдаваться без боя не хотела, вот и пришлось срочно бежать к Ягге, а только потом в Зал Двух Стихий, где его уже ждали друзья. И Таня. Но как это обычно бывает - поели, поболтали, новостями обменялись, поворчали кто о чем, и разбежались. Валялкин решил, что неплохо было бы и почитать заданное, а то ведь потом влепят наказаний. А несмотря на свою любовь к животным, собирать жуков не самое приятное дело.
Промаявшись и пообщавшись с Ягуном, Валялкин направился вверх по лестнице. Ему было о чем подумать, поэтому он особо не торопился, но внезапный резкий оклик заставил его удивленно замереть. Голос он с некоторым трудом узнал и это удивило его еще больше. Конечно, нельзя сказать, что они с Бейбрасовым тесно и близко дружили, но и грубости между ними никогда не было. Только мрачные визуальные дуэли. Как бы сильно Валялкин не любил Таню, но он признавал одно - с ней вечно были проблемы. То назойливый Пуппер со своими цветами, метлами и очками, то странный, иномирный Ург, то сосем брутальный Глеб. И как же Ваньку угораздило полюбить ее?..
- И тебе привет, Бейбарсов, - поздоровался маечник, не совсем понимая, с чего это некромагу вдруг понадобилось его окликать. Вряд ли для того, чтобы пригласить на прогулку с целью побеседовать по душам. Единственным интересом Глеба была Таня. И уступать ее Ванька не собирался. - Чего тебе? - поинтересовался светлый маг все так же спокойно, отнюдь не грубо. Злиться он не любил. И если злился, то не сразу. Давно еще Таня отметила это и даже сказала ему, что если она вспыхивала и остывала сразу, то он, Ванька, заводился долго, словно накапливая злость.
Как только Бейбарсов подошел достаточно близко, Валялкин внимательно оглядел его. Внутренний голос подсказывал ему, что что-то не так, что-то здесь не ладно. Но может всему виной вся эта суматоха в замке? Немудрено, что даже спокойный некромаг мог сойти с ума. Даже другие ребята, более сдержанные и адекватные, и те дергались и огрызались. Всем уже порядком надоела эта суета. Хотелось покоя и баланса. Но как пошутил кто-то, этого всего не будет, пока в Тибидохсе Таня. Тогда Ванька в очередной раз пустил в ход кулаки. В детстве он частенько дрался, потом успокоился, но навыков не забыл и если было надо, вспоминал их. Правда уже менее охотно. Но обижать Таню никому не позволял. Ему даже страшно было представить, как бы он себя вел, будь у него способности и характер Глеба. Возможно, давно бы уже сидел в Дубодаме за несдержанность и количество трупов. Ягун как-то предложил поколотить некромага, но Ванька сомневался, что это хорошая идея. Кто знал, как отреагирует на это Глеб. Ответит кулаками или применит свою тросточку?
Ванька на мгновение отвел взгляд от некромага, скользнув им по коридору. Где-то позади кто-то шумно топал по лестнице. В последнее время чего только не случалось на этих ступенях. Особенно на рассвете. То и дело на весь замок раздавались хлопки - кто-то смело лихо перескакивал охрану Поклепа и удирал от него. Только и были слышны проклятия и гнев завуча. Хорошо хоть Ванька давно уже не бегал от него.

+1

4

Глеб немного приподнял бровь в знак удивления. Эти маги в этом мире поразительно наивны. В их мире один только его окрик заставил бы трепетать любую небольшую группу, не говоря уже об отдельном взятом маге, а тут все ведут себя так, словно не живут на пороховой бочке, именуемой Жуткими вратами, и не общаются ежедневно с некромагами – одними из самых безжалостных в любом из миров. Воистину тот, кому пришла в голову идея притащить их двойников в школу для обычных магов, словно не знал, с кем связывается. Пустить их сюда и предоставить им полную свободу – это то же самое, что и запустить волка в овчарню и запереть его там на ночь. Что умеют эти, так называемые, маги? Завязывать по утрам свои шнурки при помощи заклинания и отпугивать хмырей искрами? Путаться в сглазах и зубрить контр-заклятье от рокового сглаза? Это было так банально, что вызывало лишь кислую мину на лицах некромагов, привыкших иметь дело с реальной боевой магией, с сотнями вариантов атакующей магии, с несколькими сотнями защитной, с магическими ловушками, с магическими существами, куда более опасными, чем эти хмыри. Они не знали о существовании всего этого и не были готовы к отражению. Если весь мир учится магии так же, как здесь, то покорить их не составит никакого труда даже без помощи хаоса. Впрочем, до всей мощи этой древней силы им оставался один лишь шаг – найти среди обитателей школы носителя ключа и извлечь его.
Чего тебе? – спокойный тон желтой майки раздражал его больше, чем откровенная наглость отдельных кадров. За наглостью обычно скрывался страх, а за спокойствием – безбоязненность. А когда его не боялись, это выводило Бей-Барса из себя.
Он взглянул прямо в глаза Валялкину, стараясь подавить своей атакой его волю, сделать его послушной куклой, добраться до самых глубин. Он прекрасно знал, что тот был крепким орешком, слишком светлым, чтобы стать полезным им, но сломить его сопротивление, сломить его волю, каменную стену вокруг собственного Я – это было интересно, увлекательно и отличной тренировкой для способностей некромага, вынужденного во много простаивать без дела, пока Свеколтини перерывала древние манускрипты, ища ответ на интересующий их вопрос.
Где сейчас Таня? – все также не отрывая взгляд и не моргая, спросил Глеб, подавляя свое внутреннее желание вскипеть. Если внутри Аббатик всегда клокотал огонь, то в нем, в маге земли, этот огонь затухал, уступая место неутолимой жажде – жажде власти, желанию, чтобы ему поклонялись и покорялись, чтобы его боялись. Власть была главной страстью в его жизни, возможность распоряжаться чужими судьбами кружила ему голову ничуть не хуже бокала вина.
Мне нужно ее видеть, - опережая вопросы о зачем и почему, добавил спустя несколько секунд некромаг. Он не собирался отвечать на чьи-либо расспросы. Надо, значит надо. Это напоминало отчет, а отчитываться в своих действиях перед этим обладателем потертой майки, собачкой бегающим за Таней, как, впрочем, и перед любым другим, он считал ниже своего достоинства. Даже Жан редко позволяла себя расспрашивать его в формате, напоминающем отчет. за редким исключением, когда она забывала, обуреваемая собственными страстями, но и тогда она уступала ему. Он настолько привык повелевать и принимать окончательные решения, что любой намек на неповиновение, на обсуждение приказов, выводил его из себя. Наверно, именно поэтому он так мало контактировал с кем-либо в Тибидохсе, стараясь держаться подальше от людей, что здесь они все были непривычно и еще пока неприспособленны к этому, а тратить нервы попусту он не собирался. Правда, с Гроттер все было иначе. Она не покорялась или покорялась не сразу, но в этом было свое, особенное, удовольствие для него. Ее самодостаточность почему-то не раздражала его, скорее забавляла. Где-то внутри он был уверен, что птичка побьется в закрытые окна и вернется к нему – уставшая и покорная. Он расставлял сети, фортуна благоволила ему, Глеб не сомневался, что рано или поздно она попадется ему в руки. Он увидел в глубине Тани внутренний конфликт, с которым она сама не могла справиться, теперь нужно было подловить момент, когда она ослабнет и – захватить. Зачем она ему, он не знал, но знал, что нужна и действовал соответствующее. Для чего она ему нужна, он тоже не знал, хотя может быть, не очень хотел себе в этом признаваться. Бей-Барс был не из тех, кто пытается разобрать себя по полочкам. Его мышление было прямолинейным в духе бил-бью-и-буду-бить, и он не собирался от этого отступать.

0


Вы здесь » Тибидохс. Время, назад! » Будни Тибидохса » 8 июня э.г. Поговорим, как мужик с мужиком?